paradise

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

paradise > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
суббота, 19 января 2019 г.
Про Емелю и щуку-волшебницу Сказка в стихах Виктор Шамонин Версенев 14:21:11
­­

За деревней, у речушки,
Проживал мужик в избушке,
Жизнь его была не мёд,
Воз забот он в гору прёт,
Да печали гонит прочь,
Он в работе день и ночь,
Жить ему в нужде нельзя,
В тех сыночках радость вся,
У него их трое, в ряд,
Кушать мальчики хотят!
Год за годом так и шли,
Сыновья все подросли.
Вот женился старший сын,
Жизнь у сына без кручин,
Средний сын жену привёл
И работать стал, как вол!
Жёны тоже при делах,
Та работа им не в страх,
А потом они уж в поле,
Нет семье на отдых доли
И, казалось, наконец,
Радуй сердце ты, отец,
Поживай без тех забот,
Наедай большой живот!
Да расстроен был старик,
Прячет он печальный лик,
Младший сын его, Емеля,
Был ленивым в каждом деле,
И любая та работа,
Не совсем его забота,
И жениться ему лень,
В деле он одном кремень,
Сытно, вкусненько поесть,
Да на печь опять залезть,
Сутки спать на печке той,
Чтоб до храпа, на убой!
Так минуло восемь лет,
Как-то осень встала в цвет,
Всех в работу запрягла,
Всем сейчас им не до сна,
Лишь один Емеля спит,
Сны он чудные глядит.
Добрый вышел урожай,
Закрома под самый край,
От излишков вновь навар,
Их сменяют на товар,
А потом уж нет забот,
Отдых зимний к ним придёт.
День базарный наступил,
На базар народ убыл,
Погрузился и отец
С сыновьями, наконец.
Дал Емеле он наказ,
Самый строгий в этот раз,
Чтоб невесткам помогал,
Их ничем не обижал,
А за помощь, посему,
Обещал кафтан ему,
И Емеля был согрет,
Долго он глядел им вслед,
А в деревню брёл мороз,
Стужу жуткую он нёс.
Вмиг Емеля влез на печь,
Сбросил он заботы с плеч,
Той минуты не прошло,
Храпом домик сотрясло.
Да невестушки в делах,
При своих они правах.
Дел по дому пруд пруди,
Да ещё дела в пути.
Наконец, свистульки-трели,
Тем невесткам надоели,
К печке двинулись они,
Слов сдержать уж не смогли:
- Эй, Емеля, ну-к, вставай,
Всяких дел по дому, в край,
Хоть воды нам принеси,
Гром тебя здесь разнеси!
Он сквозь дрёму отвечал,
Им с печи слова швырял:
- Неохота за водой,
На дворе мороз такой,
У самих же руки есть,
Легче вёдра в паре несть,
А тем, боле, задарма,
Не свихнулся я с ума!
Прорвало невесток тут,
В бой они опять идут:
- Что сказал тебе отец,
Помогать нам, наконец?!
Если ты пойдёшь в отказ,
Пожалеешь, знай, не раз,
Горьким выйдет тот кисель,
Про кафтан забудь, Емель!
Тут Емеля заюлил,
Он подарки так любил,
С печки тут же стал вставать,
Словом их давай хлестать:
- Что кричите на меня,
Вишь, уже слезаю я!
Разорались, дом трясёт,
Мертвяка ваш крик проймёт!
Он топор и вёдра взял,
До реки трусцой домчал,
Стал он прорубь ту рубить,
Рот зевотою сушить,
Нет в работе куража,
На печи его душа!
Долго прорубь он рубил,
Чуть не выбился из сил,
Вёдра полны, наконец,
Думку думает, делец:
«Ох, водичка, тяжела,
Руки рвёт мои она!
Только б мне её донесть,
Да на печь скорей залезть»!
Вдруг в ведро Емеля, глядь,
Он чудес не мог понять,
Щука плещется в ведре,
Тесно ей в такой воде!
Вмиг Емеля рот раскрыл,
Удивлён Емеля был:
- Поедим ушицы всласть,
Не дадим добру пропасть,
И котлеток сотворим,
Вечер славно посидим!
Только молвит щука та:
- Из меня горька уха,
И котлетки, знай, горьки,
Боком вылезут они,
Лучше слушай и вникай,
Да на ум себе мотай!
Возвратишь меня домой,
Стану я тебе рабой,
Все капризы, друг, твои,
Я исполню, говори!
А слова мои проверь,
Повторишь их вслух, Емель,
«По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу»,
А капризам тем, дружок,
И конца неведом срок!
Поражён Емеля был,
Рот он в радости раскрыл,
Щуке верил и внимал,
Глаз со щуки не спускал.
Он и двинул тут же речь,
Слов Емеле не беречь:
- По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу!
Сами вёдра пусть идут,
Сами к дому путь найдут!
Вдруг издал Емеля крик,
Он ловил счастливый миг,
Вёдра двинулись вперёд,
Без его совсем забот,
Шли тихонько, без труда,
В них не плещется вода!
Щуку в прорубь он пустил,
Вслед за ними припустил.
Вёдра сами ходом в дом
И на место стали в нём,
И Емеля место знал,
Тут же печку оседлал,
Храп он в домике несёт,
Никаких ему забот!
Да невестушки не спят,
Вновь Емелю тормошат:
- Ей, Емеля, ну-к, вставай,
Наруби нам дров давай!
Шлёт Емеля им ответ,
Суеты в нём просто нет:
- Я, извольте знать, ленюсь,
Делать это не возьмусь!
Вон, под лавкой, есть топор,
Да и выход есть на двор!
Те невестки сразу в крик,
Не впервой им мять язык:
- Обнаглел ты уж, Емель,
Зададут тебе, поверь!
Обижать не стоит нас,
Про кафтан за нами глас!
И Емеля шустро встал,
Он подарки обожал:
- Всё, невестушки, бегу,
Отказать вам не смогу,
Нарубить мне дров пустяк,
Вам я, милые, не враг!
Только женщины за дверь,
У Емели шаг не мерь.
Он на печь обратно, шасть,
Речь он тихо начал прясть:
- По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу!
Эй, топор, скорей вставай,
Поработай, друг, давай,
А потом домой спеши,
Вновь под лавкой той лежи,
А дрова пусть в дом идут,
В печку сами упадут!
Ну, а я вздремну чуток,
Этак, суток так с пяток!
И топорик скок во двор,
Стал рубить дрова топор.
Нарубил он много дров
И под лавку, был таков,
Те дровишки в печку, прыг,
Разгорелись в один миг.
Шло за ночью утро вслед,
В окна брызнул слабый свет,
А морозец вновь на круг,
Стал морозить всё вокруг,
Огонёк дрова съедал,
Без дровишек он страдал.
Вновь невестки кажут лик,
Прут к Емеле, напрямик:
- Ты, Емеля, в лес езжай,
Дров на вывоз запасай,
И в отказ идти не смей,
Нас, Емеля, пожалей,
Коль обидишь нас Емель,
Пропадёт кафтан, поверь!
Он с печи тихонько слез
И на дворик, под навес,
В сани лошадь он не впряг,
Развалился в них, чудак!
Посмеялся тут народ,
Смех по улицам идёт,
А Емеля, в тех санях,
Людям речь явил в размах:
- Эй, людская простота,
Отворяй мне ворота!
Вам, народец, доложу,
По дрова я в лес спешу!
Чудеса народ творил,
Ворота пред ним открыл:
- Ты, Емель, не тормози,
Много дров домой вези!
Запрягайся и в галоп,
Остуди, Емеля, лоб!
Смех волною покатил,
Рот неспешно он раскрыл:
- По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу!
Эй, езжайте сани в лес,
Там, в лесу, наш интерес!
С места сани сорвались,
По дороге в лес неслись.
Диву дивится народ,
Он чудес сих, не поймёт!
Прикатил Емеля в бор,
Проявил в словах напор:
- По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу!
Ну-к, топорик, навались,
До семи потов трудись,
И с дровишками, домой,
Я ж посплю часок-другой!
И Емеля вмиг уснул,
В ус себе он и не дул,
А топор был молодец,
Погулял в бору, делец,
Был в работе голова,
Бор пустил он на дрова,
В сани скоренько убыл,
В них топор чуток остыл.
Сани двинулись домой,
Те дрова в санях – горой.
Спит Емеля на дровах,
Спит с румянцем на щеках!
Оказался слух так скор,
Царь узнал про этот бор.
Возмутился он: - Наглец,
Это за свинство, наконец?!
Порубить мой бор в куски,
Вправлю я ему мозги!
Бьёт тревогу царь в набат,
Шлёт за ним своих солдат,
И солдаты, прямиком,
Ворвались к Емеле в дом,
Стали мять ему бока,
Разбудили в нём зверька.
Слёз Емеля не скрывал,
Он слова в кулак шептал:
- По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу!
Бей их, палка, не ленись
Перед ними не срамись!
С места палка сорвалась,
До солдат тех добралась.
Им, служивым, и не снилось,
Так попасть в её немилость,
И позора им не смыть,
Убегали, во всю прыть,
Синяков сокрыть не смели,
Был доклад их о Емеле.
В гневе страшном государь:
- Он воистину дикарь!
Так избить моих солдат,
Не пойдёт такой расклад!
Во дворец его, к утру,
Битым быть теперь ему!
Да Емеля крепко спит,
В доме храп волной висит.
Вот за ночью, наконец,
От царя к нему гонец.
Офицер тот - мокрый ус,
Испытал он власти вкус:
- Одевайся, жук, скорей
И до царских марш дверей!
Чужд Емеле сильный крик,
Перед ним он кажет лик:
- Царь ваш может подождать,
На указ мне наплевать!
Как на двор придёт капель,
Соизволю к вам я, в дверь!
Возмутился, сей гонец:
- Ты, Емеля, не жилец!
Офицер поднял кулак,
Дал Емеле он тумак,
Пал Емеля вмиг с печи,
Позабыл, где калачи.
Вдруг Емеля стал бледнеть:
- Дам тебе ответ, заметь!
Ты же, братец, офицер
И такой даёшь пример?!
Офицер усы утёр,
Он вступать не хочет в спор:
- Ты ещё и возражать,
Служку царского пугать?!
Я кому сказал, вперёд,
И раскрой попробуй рот!
Тут Емелю бес толкнул,
Он в словах уж не тонул:
- По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу!
Покажи нам гнев, ухват,
Ты на дело точно хват!
В гневе стал ухват летать,
Служку царского гонять.
Резво он к царю бежал,
Сказ царю в слезах сказал.
Царь готов был вынуть меч,
В гневе он и начал речь:
- Кто доставит, наконец,
Мне Емелю во дворец?!
Дам медальку, посему,
Да деньжат ещё тому!
Вмиг нашёлся хитрый чин,
Говорил с царём один,
До невесток поспешил,
Обо всем их расспросил,
Про кафтан от них узнал
И Емеле клятву дал,
Мол, поедешь ты со мной,
Ждёт тебя кафтан любой,
Да ещё подарков много,
Даст ему он на дорогу!
Тут Емеля и раскис,
На плечах его повис:
- Поезжай-ка ты, гонец,
Без огляда, во дворец!
За себя я поручусь,
За тобою вслед примчусь,
Свой кафтан заполучу
И такой, какой хочу!
Хитрый чин убыл без бед,
Изложил царю секрет,
А Емеля в думку впал,
Он на печке рассуждал:
- Как же я оставлю печь,
У царя там негде лечь?!
Долго он ещё сидел,
Весь от думок тех потел,
Осенило разом, вдруг,
Мысль его пошла на круг:
- На печи поеду, так,
А иначе мне никак,
На ногах своих ходить,
Можно им и навредить!
Слов Емеля не искал,
Он слова в уме держал:
- По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу!
Поезжай ты, печь, к царю,
А я сон свой досмотрю!
Печка с места подалась,
Вмиг к дороге добралась,
По дороге резво мчит,
Из трубы дымок струит.
Вот примчалось, наконец,
Печка - диво во дворец.
Царь картину эту зрел,
На глазах у всех белел,
Взгляд к Емеле обратил,
Строго с ним заговорил:
- Ты зачем же царский бор,
Запустил под свой топор?!
За поступок, сей дурной,
Ты наказан будешь мной!
Да Емеля не дрожал,
Он с печи ответ держал:
- Всё «зачем», да «почему»,
Я тебя, царь, не пойму!
Ты кафтан мне подавай,
У меня ведь время в край!
Царь открыл мгновенно рот,
На Емелю он орёт:
- Ты, холоп, царю дерзишь,
Раздавлю тебя я, мышь!
Ты опух от сна уж весь,
Полежать надумал здесь?!
Да Емеле не вопрос,
Речь царя из слов-угроз!
Он на дочь царя глядит,
Счастья в нём поток бурлит:
«Ох, красавица, не встать,
Дело нужно мне верстать,
И к царю в зятья попасть,
Захотелось, прямо страсть»!
Развязал он язычок,
Шлёт Емеля слов поток:
- По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу!
Пусть же доченька царя,
Тут же влюбиться в меня!
И давай-ка, печь, домой,
Во дворце хоть волком вой!
Больно царь до слов охоч,
Вон, на двор ступает ночь!
Из дворца он покатил,
Царь словечки проглотил,
Стал он в гневе зеленеть,
Местью праведной кипеть.
А Емелю печь несёт,
Снега шлейф за ней идёт,
Прикатила печка в дом
И на место стала в нём.
Вот идёт в народ молва,
Разлилась вокруг слова,
Про любовь царёвой дочки,
Про её бессонны ночки.
Царь ругает денно дочь:
- Я устал слова толочь!
За Емелю не отдам,
Это просто, знаешь, срам!
Дочь не слушает отца,
Ей сейчас не до словца.
Осерчал в момент отец:
- Это дерзость, наконец!
Свадьбе этой не бывать,
Вам наследства не видать!
Слуг он вечером собрал,
Им приказ жестокий дал:
- Нужно им задать урок,
Изготовьте бочку в срок,
В изготовленную бочку,
Посадить такую дочку,
И Емелю вместе с ней,
Им так будет веселей!
К морю бочку ту свезти,
Приговор там привести,
Бочку сразу в море бросить,
Пусть её волнами носит!
Слугам выпал в первый раз,
Исполнять такой приказ,
Но ослушаться нельзя,
Бочек много у царя,
Посему и жалость прочь,
И приказ свершился в ночь.
Бочка скоро на просторе,
Бьёт её волною море,
В бочке той Емеля спит,
Сны свои опять глядит.
Скоро страх его поднял,
Он спины не разгибал,
В темноте и страхе том,
Бил он словом, напролом:
- Кто здесь рядом, отвечай,
Или двину, невзначай?!
Он дыханье затаил,
Голос рядом очень мил:
- Здесь, Емеля, дочь царя,
Не ругай меня ты зря.
Заточил отец нас в бочку
И на том поставил точку.
В море мы сейчас с тобой,
В споре с пагубной волной,
А погибнуть нам, иль нет,
Лишь у Господа ответ!
Вмиг Емеля понял суть,
Он готов исправить путь:
- По хотению Емели,
Без особой канители,
Да по щучьему указу,
Мой каприз исполни сразу!
Налетай же, ветерок,
Чтоб в беде ты нам помог,
Занеси нас в дивный край,
Нас из бочки вызволяй!
Ветер тут же налетел,
Бочку с ходу завертел,
Он её с воды схватил,
Вверх с собою потащил,
Как до берега донёс,
В щепу бочку он разнёс,
И умчался стороной,
Тишь оставил за собой.
Дивный остров встретил их,
При красотах всех своих,
Золотой дворец на нём,
Птиц полным-полно кругом,
А в сторонке та река,
В ивах чудных берега,
Воды реченьки чисты,
Есть берёзки у воды,
А в округе - светлый лес,
Да луга цветных небес,
А Емеля, сам не свой,
Пред царевной молодой.
Он в любви своей горел,
Ей признаться в том посмел,
Да и ей любви не скрыть,
Сердцу надобно любить.
Свадьба длилась три недели,
За столом все дружно пели.
Ел народ и много пил,
Шутки добрые творил,
И невестки те плясали,
И отца не забывали,
Братья тоже веселились,
Все на свадьбе породнились.
Царь покаялся в грехах,
Он ходил два дня в слезах,
Трон Емеле царь отдал,
И ничуть не горевал.
А Емеля, уж царём,
К щучке той явился днём,
Перед ней спины не гнул,
Волшебство он ей вернул.
Десять лет с тех пор прошло,
Ох, водички утекло!
Царь Емеля, видит Бог,
Под собой не чует ног.
Правит сутки, напролёт,
Хорошо народ живёт,
У Емели пять детей,
Пять прекрасных сыновей.
Только, правда, пятый сын,
Уж совсем ленивый, блин!
Есть ещё один секрет,
Пусть его узнает свет!
Царь воздвиг за троном печь,
Да ему на час не лечь,
Коль теперь ты, братец, царь,
То бока свои, не жарь!
А на печь нашёлся спрос,
Держит сын по ветру нос.
Он на печке сутки спит,
Царь на сына не кричит.

Конец

Автор: Виктор Шамонин-Версенев
Художник: Мирослава Костина
Читает: Александр Водяной
https://yadi.sk/d/M­z2KtENhrxkkj

Категории: Сказка в стихах
среда, 16 января 2019 г.
•| aloofness А.С.Гро 15:53:13

Sun king in dust — из звёздно­й россыпи­ небес

amor — a mor — mor

­­ ­­ ­­

Чувство светилось во мне, будто снова ко мне пришла богиня из пены морской. И бог, трепеща в уютном гробу, пытался смолой горящей ей пыл остудить, а я же вкушала сладкую боль от кошачьих когтей и не знала, что на стены мои глядели из башен осадных. На миг, оторвавшись, смотрю: луна одинокая освещает мне путь и зыбкой мечтой всё манит к себе. Встаю и судьбе повторяю, что сердце давно не надо учить боль ощущать. В беспорядочных снах и в бреду хожу я проверить твой прах у ворот — когда-то на башне высокой моя ладонь не коснулась твоих милых рук, но спины отчаянно коснулась на смех птицам дворцовым. Вдыхаю глубже оживляющий меня твой юго-восток, да стою уже у границ и вновь возвращаюсь под землю святую. Чрез боль и смех назад в отвратную могилу, оковами льдами сжимает мне глотку палач. Теперь кровь вытираю чужую, и сердце не ёкает.


Теперь и правда утро начинается с того, что вытираю пятнышки крови с зеркал и плиток в ванной, а в больницу он никак не шурует. Сердце-то не ёкает, но всё это так регулярно, что хорошего осталось ждать мало. Мне лишь не хочется разгребать все последствия. Моя слабая эмпатия по этому вопросу меня иногда знатно пугает. Во мне и правда многое умерло. А что касается остального, то я боюсь открыть свой личный ящик Пандоры.

Подкаст Evanescence - Lose Control

Категории: #7 - Сквозь тишину вслепую
С "ВКонтакте" Золя КрАсных в сообществе We love Alan Rickman! 12:21:07
#AR_словами_современ­ников

"...В 2010 (или уже в 2011?) я написала ему письмо. "Песня ланча" тогда еще точно не вышла, а поттериана насчитывала только шесть фильмов. Я смотрела разные его работы, и мне захотелось поблагодарить его. Не просто мысленно или в блоге, а таки адресовать ему эти слова. Я думала, стоит ли. И думала, а читает ли он все это, разве что выборочно, ведь времени же нет, и т.п. А потом решила, что если эти люди вдохновляют нас на что-то, то почему бы и не сказать им это еще раз. И почему бы не сказать, что именно нравится в их работе. Может, им это нужно в какой-то момент и тоже их воодушевит.
Еще вспомнилось чье-то высказывание, что мы никогда не получаем достаточно благодарности. Что многие наши "спасибо" как бы просто подразумеваются, но мы их не говорим. Я пыталась найти в интернете, кто это сказал. Не нашла, но эта мысль стала основным мотивом, чтобы все же отправить письмо.
И я отправила. Носила блокнот, открывала в метро, кафе, на остановке, дома. Перестраивала абзацы, проговаривая их вслух на ходу и печатая впоследствии. И когда получился не раздражающий меня текст, который при определенных полях и шрифте влез на страницу А4, я отослала его.

Для этой записи перевожу его на русский язык, и мне даже не было странно набрать слова "Дорогой мистер Рикман...".
Вот, что я написала тогда:
"Дорогой мистер Рикман,
Спасибо за то вдохновение, которым вы недавно для меня стали. С достаточной степенью иронии могу сказать, что это началось с фильмов о Гарри Поттере. Детская литература – своего рода антидепрессант – вот что я подумала, когда решила перечитать все семь книг и пересмотреть шесть фильмов. Мне казалось, это отвлечет меня от некоторых сожалений и от пустоты, которую я в тот момент чувствовала.
Снейп всегда был моим любимым героем, задолго до того, как вся история вышла на экран. Его накал, его гордость, горечь, слабости, которые он в себе презирает, — все это так свойственно человеку. И я благодарна за то, что вы вложили эти черты в интерпретацию персонажа. Похоже, что Джоан Роулинг не оставляет ему никаких ожиданий от будущего. В данный момент я — в одном из тех настроений, когда не очень-то видишь будущее. И вот, глядя на вас в этой роли, я думала о предельной погруженности Снейпа в свое дело. И решила, что хуже не будет, если я тоже окунусь в работу и рутину, как будто каждый день – последний день в жизни. И постепенно многие вещи начали обретать вкус.
Мне захотелось взглянуть и на другие ваши работы. Так что я пересмотрела фильмы «Парфюмер» и «Реальная любовь». Затем я увидела «Месмера», «Страну в шкафу», и «Закрой мои глаза». Затем купила диск с мюзиклом «Суини Тодд».
Далее настала очередь «Снежного пирога», который я смотрела раз за разом, пока почти что не выучила все кино наизусть. Этот фильм настолько теплый! Меня особенно трогают два момента: когда Алекс соглашается сопровождать Линду на процедуру опознания тела Вивьенн, и, когда Линда просит Алекса обнять ее крепко, но при этом не прикасаться к ней ладонями. Вы исполнили это так тонко; я люблю наблюдать за вашим лицом в этих сценах и чувствовать их пронзительную теплоту.
На сцене и в кино вы передаете столько полутонов и оттенков и взглядом, и тем, как произносите тексты. Это напоминает мне о звуках на частотах, недоступных для человеческого уха. Мы не можем их услышать, и, тем не менее, они влияют на нас. Добиться такого эффекта актерской игрой — это и вправду дар. Поэтому я стала искать все, до чего могла добраться в сети. Маленькие фрагменты ваших спектаклей. Торжества, посвященные Гарольду Пинтеру. А также многочисленные интервью: ранние и нынешние.
Ваши интервью расширяют кругозор. Например, когда вы говорите о современной культуре, о том, как актер является каналом между автором текста и аудиторией, о вашей работе с разными режиссерами, о новом опыте, который дарят съемки (например, пение, дегустация вина и секреты этих профессий). Мне нравится ваша самоирония. Я вижу очень заботливого человека, когда, беседуя с большой аудиторией, вы перефразируете некоторые заданные вопросы, так чтобы все их услышали и поняли. Я вижу доброго и терпеливого человека в том, как вы убеждаете еще совсем маленькую зрительницу быть смелее и подойти поближе к микрофону. Вдохновляет сам английский язык, такой красивый в вашем исполнении. Знакомство с вашими работами стало для меня импульсом вновь обратиться к тому, что я любила делать: написать что-то, позвонить старым друзьям, пойти в театр, быть более искренней со своими студентами. Наблюдая вашу увлеченность всем, что вы делаете, думаю, что мне стоит пересмотреть кое-что в своих занятиях. Спасибо вам.
К сожалению, не все ваши фильмы здесь так популярны и доступны, как «Крепкий орешек». Поэтому мне пока не удалось посмотреть «Удар бутылкой» а также фильм «Сын нобелевского лауреата». Но я обязательно сделаю это. Верю и в то, что моя мечта увидеть вас на сцене сбудется, хоть я и не живу в Соединенном Королевстве.
Ваше время должно быть слишком расписано, чтобы читать письма зрителей. Не сомневаюсь, что это очень серьезная часть работы ваших помощников – сортировать вашу почту. Надеюсь, что однажды с этим письмом до вас дойдут мои пожелания. Желаю вам здоровья и энергии на все, в чем вы задействованы: съемка, театр, режиссура, и на все проекты, которые стоят в планах. Желаю вам вдохновения, исходящего от друзей, книг и от повседневности тоже. А если иногда нет вдохновения, пусть такие моменты будут по-своему продуктивны. Желаю вам отдачи от тех, кто смотрит ваши фильмы и приходит на спектакли. Желаю вам выносливости в этом мире стрессов. Желаю, чтобы вас окружали дорогие вам люди, которые любят вас несмотря на то, что вы знамениты и заняты. Люди, с которыми вы свободны быть собой.
Еще раз – спасибо".
Я понятия не имею, читал ли он это. Но ни разу не жалела о том, что я это сделала. Если бы я писала сегодня, то постаралась бы быть менее многословной. Тогда мне слишком много хотелось сказать. Впрочем суть остается: теперь, адресуя это уже в бесконечность, я благодарю его за то же, за что благодарила тогда. За вдохновение. И не только.
___________________­______
© Из дневников пользователя Purring Cat. "Письмо в бесконечность", Запись от 24 января 2016 г.

Категории: Новости.
вторник, 15 января 2019 г.
. Хорьхэ 21:23:48
 Какой ад я пережил вчера...
Я не давно порекомендовал одной девке антидепр и... Как бы меня наказали за это!
Вот, мол жуй, доброхот.
Она ж должна умучиться, как ты в ее годы, а ты подшухерил.
Мразь, получай. Вот такая мысль чет посетила. Ну, про мои мучения писать сложно. Это мне нужно нажраться накуриться.
Но я напишу. Очень сложно.
Наконец-то я один.
Начну. Неважно, куда я должен был. Неважно.
Я, не спав накануне, как дурак, от нервов или. В общем, я ожидал ад, я получил. Но... Нетак, как я думал. Я ныл везде анонимно, как мне страшно, и... Заметил интересную херь. Это возбудило меня. Сама возможность сказать,
мне страшно, понимаешь, послужила хорошим таким спусковым механизмом. И, я решил не уходить, не кончив. Чтоб просто скинуть напряжение, и. Сделать это на обретеном триггере. Нувыпоняли)
Что там, это было бесподобно. Сама идея сейчас при оглядке в ее конкретном выражении,, вызывает у меня недоумение. Но при глубоком вхождении в транс все становится обьяснимо. Я пришёл в крайне романическое состояние после. Я хотел бы жить в этом состоянии... Но, как само собой, ныне я его утратил и утратил довольно быстро, лишь начав ненавистные сборы. Весь этот деловой настрой напроч вышибает романтику.
Я на нервах выбег из дому. Вся вот эта дерготня. Я в аду ее видел, да.
Ну да ладно. Я сел в транспорт, набитый утренними работягами. Было темно и бесперспективно, тягостно и безрадостнов то ледяное гадкое зимнее утро...
Я определённо родился здесь, в этой стране, чтоб быть поближе к аду, чтоб мучиться всю жизнь от холода и голольда.
Я дурак, чего там.
Я почувствовал, как начинаю погибать от холода, но это было терпимо.
А нестерпимо было дальше. Дальше мой неугомонный мочеточник решил, что пора. Он послал пару болевых сигналов в почки, дальше просто терзал уретру прибыаающей водой.
Я понял, что все хуже, чем казалось.
Мне нужно было очень далеко, дальше, чем обычно. Я мог бы вылезти пораньше, после сесть опять, но время! Я терял его. И я решил подыхать. Не знаю, как мне пришло, скорее от невыспанности, положить голову на стекло. И я, вот так, держа ее чуть набок, терпел и внутренне плакал.пиша,я пишу к невидимому гипотетическому понимающему читателю, хотя, по моему опыту, таких очень мало. Но иллюзия понимания ниипаться как согревает душу.
Итак. Я сидел и медленно погружался в великое ничто. Все стало каким то водянисто расплывчатым, смутным. Я решил не впадать в отчаяние, хотя был близок к нему. Я отвлекался видом за стеклом и смутно вспоминал и впадал в забытье. Я вдруг представил, что у меня очень очень большие глаза и это очень поэтичный вид придавало склонившись набок и с большими глазами. Я был еще скромен, а меня кто то безоговорочно принимает или примет. Да, вот так я страдаю беспонтово, а меня любят и принимают. Ибо, по неясной мне причине, моя уретра зачем то поддерживает связь с населением. Да, с тем что я так презираю, с людьми, с народом.
Далее, с горя, чтоб легче выдержать-а я неосознанно делал все для этого, я стал перечислять в уме буквы, ожидая ту, что позволит сделать это легче. Я нашел. Она синяя. И меня очень поддерживал синий цвет и оттенки его. И я видел, как меня в полумраке встречали огоньки каких то парадных и бредил, как я жил там с человеком, который тоже всю жизнь считал себя неудачником. Это его слезы подьялись на стекле и вокруг все стало слезно слюдяным.
И мы жили где то у воды, у моря даже, бедно и бесприютно и неудачники, да.
Столько этих слез... Непонятных.
И меня просто уносило от всего. Дальше. От всего мира. Я видел вывески, людей и я просто знал-у но сит. Я будто скончался и меня уносит куда то за пределы. Некоторые знают это, а кто то нет, но они смотрят на меня на остановках. Я не принадлежу, это не относится ко мне, каждый обьект напоминает мне о том, какой я лох и неудачник, ничего не добившийся лузер. Но... Уже все.
Уже уносит. И взгляд на остановках... Прям в душу, в середину груди. Ух. Они немного цепляли меня за живое, бередя старые социораны. Раньше я бы сел прямо, приосанился, принял позу, напялил маску.
Но... Я решил оставаться подобно неодушевленному обьекту в том же положении. Смотрят и смотрят. Меня уже тип нет. Я выдержал. Но вот сейчас, вспоминая, я чувствую, какого это, как это трудно, грубо и нелегко. У меня, пожалуй, не будет слов, чтоб передать этот социодискомфорт словами...
И по сю пору я думаю, насколько я гол пред взглядами, как это трудно их выдержать.
Мне нужно работать в этом направлении:выдержи­вать взгляды.
Ну так вот. Продолжу.
Я умирал. Именно так. Мои страдания были схожи с этим. Я мысленно иногда просил водителя, чтоб он не останавливался.
И я подумал, как вообще страшно-умирать. Ты просто ощушаешь мучения, ничего кроме.
Ты не знаешь, что ждет, и я еще, напомню, находился в неком поэтическом уныниии, поэтической грусти, которая позволяла мне выдержать, протянуть. Впрочем, осознание своего конца, поставило меня перед фактом, что грусть и упадочный настрой уже не помогают. Я умираю... Нет. Это не то. Да, может, я и умираю, но я буду жить. Я выживу. Я обязательно... Жить... Я живу. И вот это уже дало силы. Пусть обьективно я подыхаю, но я настроен на жизнь и душа как то вдруг обрела силу именно с настроем на жизнь!
Ну, вот мы у места выхода... Я был в трансе... Выскочив, я в полуосознанном состоянии побежал туда, где б смог отлить... И... Я сделал это! Я долго журчал, пошатываясь... Я готов был потерять сознание в процессе... Чесались десны.
Отлив до последней капли, я вышел.
Думаете, все? Ан, нет. Я еще не рассказывал про путь домой.
Сидя в искомом здании, я подумал, как человек реагирует на все. Скажем, на звук открывающейся двери. И прочие вещественные ощущения. На звук своего имени. Дух вздрагивает от звуковых колебаний. Это ли не зависимость. Я был протяжным в момент мучений. Это нужно было :протяжность, неторопливость. Вспоминая детство, я подумал, что я жил там какое то время с ощущением того, что я никогда не вырасту.
Что я так и буду ребенком. Никогда не взрослым. Оно нагоняло легкую тоску и безысходность.
Я находился там где то около шести ч. И не курил. Поэтому, выйдя, я первым делом закурил на обочине. И... Начал падать. Кое как вернул равновесие и пошатываясь, слабыми шагами, пополз на остановку.
Идя до нее, я думал, что трудом, именно трудом, я никогда не искуплю своей кармы. Потому что сколько бы я не трудился, сколько б не изнемогал, это как правило, убивало мою душу и не даровало решительно ничего. Абсолютно. Кроме горького опыта и измождения.
На остановке я увидел забегаловку, но решил не заходить, хотя есть хотелось.
Приблизился автобус, не мой, и, какая то старушка еле подползала к двери по сугробам, рискуя соскользнуть под колеса.
Водитель ее не особо замечал, она бухтела себе, мол, нашел где встать, никак не поднимусь, я крикнул на импульсе:"подождите­!" ведь я б не хотел увидеть ее под колесами. А позже подумал, ну какого хера я лезу все, может, она много грешила и это был бы логичный финал.
И мне б нужно меняться и просто наблюдать, не помогая отныне никому.
Социодоброхот, бля. Как бы я не ненавидел и презирал людей, я не хотел бы, обычно, их физических страданий. Чтож, решено. Меняюсь.
Я сел и мы доперли до нужной остановки. Там опять пересел, ессно, покурив и поев перед тем. И отлив!
И дальнейший мой путь ознаменован был уже моральными страданиями. Ибо я возвращался... Неудачником в любви. Мне была именно такая ассоциация, что вот, возвращаясь, я возвращаюсь потому, что претерпел неудачу в любви, гадкий недостойный лах.!!!
И вот уж я домысливаю, как меня выгнали из дома, чтоб я вернулся домой к себе, что идти мне сперва некуда и я непотребно обретаюсь рядом с вечерними мазиками и клянчу. А после меня уводят во тьму, на задворки и просто убивают. И я смотрю на асфальт и думаю,"позор", я позорен. Я ощущаю жгучую волну или жар позора. И, видя уютные жилища, внутри, я думаю, что эти люди будут жить здесь в тепле и уюте, что они заслуживают, а я нет.
Они преуспели в любви, нашли себе стабильную пару, а я нет. Им хорошо, а мне нет. Это было похоже на начало, когда я страдал физически,что вот, люди преуспели в амбициях и в обществе, добились, устроились, могут быть спокойны, а я нет. Я лах.
И, на одной остановке я увидел парня куркулистого вида и он смотрел, как я лежу на стекле с отрешенно растрепанным, безжизненным, непотребным видом. Он смотрел, не отводя взгляда. Он обладал или хотел бы быть выше, чем я. И я. Не отвел взгляда и буровил его. И, когда мы стронулись, я показал ему фак.
И слегка улыбнулся. Да, да. Дрова показали фак и улыбнулись. Я оставался собой перед взглядами, я оставался отверстым непотребством, лахом, дровами.
Я был расслаблен, я не играл.
Вот так то. На сем закончу.
Дожить до психолога.. Мирабель.. 19:20:38
Позвонила, записаться смогла только через 2 недели. Да, тяжеловато у нас видимо всё в стране и городе с этим.. Много клиентов. Впервые понимаю, что я не могу одна больше, не справляюсь.

Хочу поговорить о Диме. Полностью посмотреть на картину.

Когда мы познакомились он только расстался с девушкой, буквально за день до. Она несколько раз расставалась с ним, на этот раз он расстался с ней. Всё это было необычным для меня. Мы разговаривали вечерами, много. Он тоже немного заинтересовался мной, мы оба не ели мясо, он был в хорошем настроении.

Потом я увидела намеки, там, где вероятно их не было. Его внешность, его так похожая на мою личность и драма (что тоже с работы ушел), так привлекли меня. Я решилась действовать, очень переживала. И всё же он принял мои действия. Он, будучи рядом в палатке обнимал меня всю ночь и был.. рядом. Я не могла дождаться следующей ночи, когда так хотела провести её с ним, а он ушел к музыкантам. Даже тогда.. он не то чтобы стремился быть со мной at the first place. Потом я попала к нему домой, я сама предложила помочь ему с вещами и помыться у него. А ведь он не просил меня! Он не подумал об этом ещё тогда! Не сказал "пойдем, я не хочу прощаться с тобой здесь, пошли ко мне домой".

Я обнимала его тогда в палатке в иступлении и была так счастлива.. Я говорила себе, что, наконец! Наконец после стольких лет одиночества и боли и потери, я счастлива! И это чувство затопило всё. Я могу за него вынести хоть в два раза больше боли, ведь это излечило всё.
"Ты сияешь" - говорили они мне.

Я предлагала ему, что я перенесу билеты, но особого отклика это не вызвало. Однако потом, он решил приехать ко мне. Наши разговоры были так.. часты, несколько милы. И всё равно, он практически не говорил, что скучает по мне или хочет быть со мной. Как я хотела этого с ним.

Он приехал, особого плана не было, мы просто гуляли. Мне было так комфортно с ним, но он ничего не говорил про "наше" будущее. Я так хотела быть с ним! Была готова к любым переменам, хоть к нему переехать, хоть он ко мне. Но он говорил лишь "Я, я, я". Я поеду, я буду работать, я достигну. А где были мы? У него в голове НАС не было. Он не говорил что хочет быть со мной, видеть меня. Только я говорила это ему.

У нас был секс, не самый лучший в моей жизни, но от тех чувств, что я испытывала к нему - всё казалось волшебным. Он даже познакомился с моей мамой, я спрашивала его "слушай, стоит ли?", и он согласился. Я думала, что это от того, что он точно уверен, пусть все развивается быстро, какая разница? Но нет. Ему и было неловко и он на самом деле не хотел этого, просто промолчал.
Более того, он сказал что чувствует слишком большое давление ситуации на него. Что уже чувствует себя моим мужем, и ему это не нравится. Хех. Я чувствовала то же. Я хотела! Хотела чтобы если у меня и будет муж, он был бы таким, хотела таких отношений. Рисовала себе всё.

Потом он уехал, я тоже села на поезд на пару часов позже. Он хотел встретить меня, но не успел. И на этот день, который я была там - он уходил работать.. Чтож, шанс заработать вместо возможности провести время со мной. Разум говорил, что я хочу его видеть, но я ещё думала, что всё хорошо... И что я уверена в своих чувствах к нему, а значит подожду. Мы даже чужом встретились на некоторое время. Я ночевала у него дома, без него. Общалась с его мамой.. Я приехала к нему, как приезжают домой.

Я уехала в ловозёры, мне было так печально не общаться с ним, там же нет связи, но он не был особенно опечален этим. Казалось, отсутствие связи неделю не было для него чем-то серьезным. Он не сказал мне потом как соскучился он, не было особо ласковых слов. Кажется я сама вытащила что-то из него. Мне хотелось писать ему о своих мыслях и чувствах, но он.. он не писала мне пока я была офлайн.

Я хотела поехать с ним в Крым после моих походов, осенью. Только он и я. Но он говорил "не надо планировать, ничего не сбудется". Он не говорил ни о каких планах на то, чем хотел бы заняться со мной.

Второй поход, опять без особых теплых слов. Может он просто занят? - думала я.

Зато потом я приехала в Питер. Мы поехали купаться ночью, он организовал всё это. Потом мы поехали на квартиру, которую он снял, позаботился, чтобы я там смогла постирать вещи.
И только одно смутило меня:
- почему квартира? (Я не хотела, чтобы он тратил денег на меня, зная что их у него не много)
- я не хочу вмешивать маму в это.

В это! С чего бы вдруг его общение со мной это не то, куда он хотел бы вмешивать маму? Но он ещё мотивировал это тем, что я приехала поздно, а потом ещё купание, мы вернулись бы поздно домой и разбудили ее. Да и.. без мамы в соседней комнате конечно приятнее быть вдвоем в постели.

День - он проводит экскурсию, ведёт себя со мной как с девушкой. Мы едем вместе, он спит у меня на коленях.. я не могу спать.. я дрожу всем телом и чувствую бесконечное счастье..

Мы спускаемся в метро. Не помню станцию, но ловлю мысль "я счастлива, так счастлива, до безумия! А за счастьем всегда приходит боль. Скоро ли мне будет больно?".

Скоро.

Мой последний вечер перед походом, гуляем по центру. Я чувствую как мне грустно расставаться с ним, как я не хочу этого. Все мои мысли только о том, когда и как мы встретимся вновь. А он не говорит про это ни слова, он не держит с трепетом печали меня за руку, ему не больно от этой скорой разлуки.. Почему? Я смотрю на него и боюсь, боюсь потому что тот, кого я уже посчитала таким родным вдруг отдалился. Он не слышит мой голос, не чувствует боль между строк. Он говорит о чём-то не важном.

Я ухожу в поход и чувствую, что всё закончилось. Это необъяснимое чувство конца. Пишу Дэну, что здесь всё началось, здесь и кончится.

Дима пишет и редко, ни о чем. Не скучает.
Возвращаюсь из похода, уезжаю домой в тот же вечер. Я понимаю, чувствую что что-то ко мне умерло. Но он говорит:
- футболка, что ты носила всё ещё пахнет тобой. - и я уже думаю о том, что он думает обо мне. Может просто не так хорош в словах? Ведь когда мы вместе он ведёт себя иначе.

Мы у него дома. Я чувствую это что-то, отсутствие этого, точнее. И вдруг он говорит: "погладь меня". Больно. Мне внутри так больно, ведь я чувствую, что он не любит меня, и всё же.. как могу я не дать ему нежности? Как могу не хотеть укрыть от этого мира? Как я могу не хотеть излечить его от всех страданий? Быть ему опорой, защитой, поддержкой, домом,женой, матерью его детей, любящей.. Он сидит передо мной на коленях, а я глажу его волосы, кажется, ему грустно.

Провожает меня. Целует.
Может не всё? Не всё потеряно?

Мы общаемся, но как то пространно, он не говорит ничего..

Я не выдерживаю и перед походом в ловозёры спрашиваю его о чувствах. Он говорит, что "мне было плохо с предыдущей девушкой, а теперь так же плохо с тобой". Я не понимаю. Может я в чём-то повела себя не правильно? Он разозлился на мой ответ.. Мы ещё общаемся. Я покупаю пачку сигарет, курю.

Ловозёры, нет связи, он не пишет.
Возвращаюсь. Он уезжает в Апатиты.. Думаю, что это время ему подумать чего же он хочет. Курю почти каждый вечер. Мне больно.

Я еду в Крым одна. Оттуда пишу ему, как невероятно я его люблю и получаю "а я ничего к тебе не чувствую". "Я же ничего тебе не обещал". Я прошу его остаться друзьями.

Он влюбляется в какую-то девушку в Апатитах, мы говорим почти каждый день.. но я про неё ещё не знаю. Он не говорит ничего интересного, но присылает фото. Я просила его об этом, мне нравится что он снимает.

Он говорит, что люди внутри отвратительны, по крайней мере он. Я говорю что он прекрасен .

Приезжаю, он в Питере, но не приезжает. Обещал, что приедет осенью но не дедвет этого. Я всё думаю, что он занят и ещё командировка скоро, он не знает когда уедет. Я хочу поехать у нему, но он говорит, что уезжает.

Пишу, что прошу его мне в лицо скзать, что у нас ничего нет. Рассказать мне о чувствах лично. Он говорит "хорошо, хорошо, я приеду".

Я уезжаю в Индию, пишу ему оттуда. Он поздравляет меня, я поздравляю его с днём рождения. Всё мысли о том, как я люблю его и как всё чего я хочу - это быть с ним. Он же моя судьба! Он же такой же как я! Как он не видит этого? Он же так подойдёт мне.

Очень жду, когда же смогу поговорить с ним. Уже знаю дату когда он вернётся. Говорю, что раз он не едет, то приеду я. Окей говорит.

Приезжаю. Он пол дня молчит. Я прошу его увидеться со мной.

Мы встречаемся. Он обнимает меня при встрече. Я обнимаю его в вагоне метро и еду так пару станций, не могу, не хочу отпускать то тепло что есть он. Он такой красивый. Даже не обнимет меня в ответ. Мы едем по его делам (забрать аккумулятор для машины), а потом к нему домой. Не говорим ни о чем. Он готовит нам еду, чай. Я так хотела бы жить с ним, смотреть как он готовит, готовить ему. Делать его счастливым, угадывать его желания.

Всё же я начинаю разговор. Он говорит про любовь в Апатитах, о том что ко мне всё прошло.
Мне не легко. Он говорит про любовь к прошлой девушке, о том что лишь недавно смог позвонить ей и спросить как дела. Поговорить. Со второй это ещё не прошло..

Из его слов ранее, что ему было не комфортно с ней, но он был с ней и будто ощущал ответственность как за взятого щенка, я думала что он бросал её, но видимо это делала она.

Мы идём на площадку. Ему холодно, он садится на качели, я обнимаю его сзади.. Я так соскучилась! И не могу отпустить его. Каждая секунда, когда я ощущаю его тепло так приятна мне. И даже через боль. Он говорит что замёрз и высвобождается из моих объятий. Он совсем не чувствует того, что чувствую я.

Это конец, я понимаю.. мы прощаемся.
Разворачиваюсь к нему, улыбаюсь и говорю "будь счастлив". Ухожу.. мне больно.

Покупаю себе пачку, скуриваю за 2 дня. Чувствую себя мёртвой.

Он коментит мой инстаграм, ставит лайки.

Я очень рада этому. Думаю, надеюсь, что мы будем общаться хотябы так. Он не хочет выкинуть меня из жизни.

Потом новый год, и он затихает. Ничего не выкладывает и не лайкает. Мне грустно. Я гуляю на красной площади и посылаю ему открытку, где пишу что хочу сохранить с ним общение вопреки тому, что случилось.

Я встречаю Максима и понимаю как мне дороги Диминых черты, как редко я вижу таких людей. Я до сих пор люблю его и не могу выкинуть из головы.

Пищу ему, что он бесит, имея в виду, что меня злит то, что я не могу его забыть.

Молчит..

Потом я пишу, что просто хочу поговорить.
Он отвечает, что не хочет этого. Не хочет общения, не видит в этом смысла, не будет говорит ничего о себе, а "дела у меня лучше всех".

Нет, я не рассматриваю вариант, что мы будем общаться, - пишет он, - я этого не хочу.

Пишет зло, кратко и со смыслом "я хочу всё это забыть".

Я снова чувствую себя мёртвой. Мне больно. Я не могу так больше. Скуриваю всё, что нашла дома.

Я и злюсь и не злюсь на него за это, особенно за его грубость. Видимо, после нового года он решил отбросить всё лишнее, и я оказалась одной из этого. Очередным щенком, за которого он не хочет брать ответственность, ведь не говорил, что приручит.

Чего я ждала от него - разговора, по душам немного. И о прошлом. Но как он может дать мне его, когда видимо ему не спокойно. Он не счастлив, он замкнут на себе и хочет откинуть всё лишнее.

Я пройденный этап. Мы наверное никогда больше не встретимся. Я больше ничего не значу для него и врядли он вспомнит обо мне ещё хоть пару раз. Вероятно отпишется от меня ещё и удалит из друзей ) не знаю. Или просто в игнор кинет.